AgroExpoUzbekistan / Agrotech Expo

Очередная партия лекарственного растения шафран, выращенного в Узбекистане, экспортирована в Италию
01.09.2021
Крупные экспортеры смогут получить кредит до $5 млн
08.09.2021

Потенциал экспорта плодоовощной продукции в Узбекистане достаточно высокий, и его реализация имеет большое значение для укрепления экспортных позиций страны. Цены на плодоовощную продукцию Узбекистана (как и других стран Центральной Азии) на рынках России и Китая могли бы быть выше, но из-за проблем с качеством и безопасностью они ожидаемо снижены. Как сделать экспорт более прибыльным — эту проблему рассматривает юрист по вопросам международной торговли Умида Хакназар.

Согласно оценке Всемирного банка на 2018 год, потенциал экспорта винограда, вишни и персиков из Узбекистана оценивался в 486 млн долларов, свежих абрикосов и слив — 115 млн долларов. В то же время реализация стоимости составила всего 32%. Чтобы получать больше прибыли от экспорта, необходимо инвестировать в улучшение качества продукции. Юрист по вопросам международной торговли Умида Хакназар в интервью «Газете.uz» рассказывает, в каких направлениях регулирования производства и контроля качества сельхозпроизводства нужны изменения.

— Что мешает Узбекистану экспортировать пищевую, в том числе плодоовощную, продукцию на рынок Евросоюза?

— Много факторов. Остановимся на вопросах обеспечения качества и безопасности продукции. Если говорить об овощах и фруктах, в них могут быть и вредные организмы, но также и остатки загрязнителей (пестицидов, нитратов и т. д.), превышающие допустимые предельные значения. Также у нас разрешены для использования многие виды пестицидов, которые запрещены для применения в ЕС, США и других странах, так как признаны в этих странах особо опасными. В отношении предельно допустимых количеств загрязняющих веществ — эти показатели должны соответствовать, как минимум, научно обоснованным международным стандартам Кодекса Алиментариус, членом которого Узбекистан является с 2005 года.

— Достаточен ли контроль за использованием пестицидов и вредными организмами?

— В Узбекистане карантинная служба недавно была преобразована в Агентство по карантину и защите растений, в её функции включены полномочия по контролю за применением защитных от вредных организмов веществ, таких как пестициды, и это очень правильное решение. Как это существует повсеместно в мировой практике, должен быть единый национальный орган по защите растений, этого требует и Международная конвенция по защите растений (МКЗР), к которой Узбекистан присоединился в прошлом году. Агентству нужно будет начинать всё почти с нуля в этой сфере, так как тот уровень контроля, который у нас был и есть до сих пор, конечно, явно не удовлетворительный.

В Узбекистане до сих пор нет полноценной регистрации активных веществ пестицидов, что является главным требованием при осуществлении контроля в этой сфере. Нет соответствующей регламентации, определяющей критерии для продажи пестицидов на рынке. В результате в свободном обращении находятся незарегистрированные вещества и препараты сомнительного качества, без соответствующей маркировки на государственной языке, без чётких инструкций по применению, по периодам интервалов между применением и сбором урожая (периодам удержания), нет установленных требований о том, что на стадии первичного производства фермеры должны вести регистрационные записи по применению таких веществ и препаратов и т. д.

Главное, что в законодательстве нет юридической ответственности производителей, продавцов и импортеров столь высокорисковой продукции, какой являются пестициды, удобрения, корма для животных, ветеринарные препараты.

Следует отметить, что все перечисленные меры относятся и к «интегрированной системе управления вредными организмами» (IPM), и к надлежащим сельскохозяйственным практикам (GAP). Ни то, ни другое у нас не развито.

Во-первых, нет соответствующего законодательства (как на уровне законов, так и подзаконных актов); во-вторых, функции и полномочия различных ведомств в этой сфере фрагментированы, не скоординированы, часто или дублируют, или, наоборот, противоречат друг другу, порой просто отсутствуют (например, в отношении контроля за применением пестицидов, ветеринарных препаратов, удобрений и кормов для животных, в процессе первичного производства).

Всё это в равной степени относится к ветеринарным препаратам (антибиотикам) и различным кормовым добавкам, которые применяются в животноводстве. В результате отсутствия соответствующего регулирования применение антибиотиков и кормовых добавок происходит бесконтрольно, что приводит к повышению резистентности к антибиотикам, на рынок проникает много фальсификата, продукции низкого качества, незарегистрированной, без соответствующих инструкций, маркировки и т. д.

— Какова причина отсутствия надлежащего контроля качества сельхозпродукции?

— Основными сельхозкультурами долгое время были хлопок, пшеница и, соответственно, требовалась обработка от вредителей в основном на полях этих культур. За последнее десятилетие заметно возросло значение садоводства, фруктов и овощей выращивается гораздо больше, в результате и возросла потребность в различных удобрениях и т. д. Но при этом, как уже отмечено выше, нет регламентации по первичному производству.

Многие десятилетия основным фокусом контроля была сертификация, т. е. тестирование конечной продукции до её выпуска на рынок. При этом многие показатели безопасности не пересматривались на протяжении нескольких десятилетий. В то же время на рынке появились сотни различных видов препаратов, применяемых фермерами бесконтрольно. В наших национальных нормативных документах (СанПинах и т. д.) были и есть показатели по отдельным веществам, тогда как за многие годы появилось много новых веществ, так и не включённых в эти документы. Кроме того, существующая лабораторная инфраструктура не позволяет компетентно протестировать даже на указанных в законодательстве показатели, не говоря уже о том, что и методы испытаний сильно устарели.

Причин такого отставания много. Во-первых, изоляция. Экспорт многих продовольственных товаров даже был запрещён правительством из-за не достаточного обеспечения продовольственной безопасности.

Во-вторых, низкий уровень конкуренции в производстве пищевой продукции на внутреннем рынке. То есть, предприятия не всегда заинтересованы инвестировать в модернизацию своей инфраструктуры, применение международных гигиенических и надлежащих производственных практик, обучение своих сотрудников новым методам и т. д. Отсюда происходит низкая востребованность специалистов в таких областях как растениеводство, животноводство, пищевая микробиология, химия, агротехнологии и т. д.

В-третьих, у пищевых лабораторий Узбекистана нет международной аккредитации. Их инфраструктура устаревшая, специалисты не получали соответствующего обучения на предмет современных практик, новых методов испытаний и т. д.

Кроме того, уполномоченные ведомства в этих сферах многие годы не имеют даже возможности инспектировать предприятия в виду моратория на проверки субъектов предпринимательства и при этом обременены не свойственными им функциями.

В результате вышеперечисленных проблем, да и многих других, сфера, которая, по идее, является одной из наиболее значимых для здоровья людей и наиболее влияющих на него, окружающую среду, устойчивое развитие, продовольственную безопасность и торговлю, парадоксальным образом оказалась периферийной.

— Что нужно для эффективного регулирования производства сельхозпродукции?

— Прежде всего, следует выходить из изоляции. Что имеется в виду под изоляцией? Не нужно искусственно ограничивать торговлю, в частности, экспорт и импорт продовольственной продукции. Многолетние запреты не привели к тому, что наша продукция стала более качественной или полезной для здоровья, а наше население — более здоровым. К сожалению, скорее, получилось наоборот.

Мы лишь ещё больше удалились от международных стандартов, научных исследований в области пищевой микробиологии, химии, технологий и т. д. Учебные программы в специализированных вузах не обновляются, что привело к острой нехватке компетентных кадров.

Но следует отметить, что жизнь всё-таки берёт своё. Государственная инспекция по карантину растений переименована в Агентство по карантину и защите растений. Ещё три года назад это было достаточно закрытое ведомство, далёкое от вступления в Международную конвенцию по защите растений (руководители инспекции говорили в те годы, что «Узбекистан ещё не готов вступать»), законодательство было устаревшее, лаборатория по диагностике растений ограничивалась диагностикой самых простых вредителей давно устаревшими методами.

В результате проводимых реформ политика страны повернулась в сторону международной торговли плодоовощной продукцией, сразу появилась потребность в изучении международных фитосанитарных стандартов, в модернизации лабораторной инфраструктуры. Узбекистан присоединился к Международной конвенции по карантину и защите растений, начало развиваться сотрудничество с международными организациями и обучение сотрудников агентства международным стандартам. Лаборатория по диагностике растений получила международную аккредитацию, и в этом она пока единственная в регионе Центральной Азии.

Впервые в регионе СНГ фитосанитарная служба Узбекистана стала частью Е-phyto, (электронная платформа Международной конвенции по защите растений, которая значительно упрощает импорт и экспорт растительной продукции, сокращает время и количество разрешительных документов, способствует сокращению коррупции и т. д).

Но здесь важно не останавливаться. Ещё очень много проблем и задач в области гармонизации законодательства с международными стандартами, необходимо постоянное обучение. Необходима тесная координации с другими ведомствами и агентствами, имеющими отношение ко всем этим вопросам — торговле пищевой продукцией, животноводческому и растительному производству, сельскохозяйственным практикам и т. д. Все эти сферы также требуют трансформации, и толчком также может стать международная торговля.

Успех трансформации также зависит от того, насколько в целом будут развиваться рыночные механизмы в экономике, конкурентная среда, защита права собственности, в том числе и на сельскохозяйственную землю. Добавленная стоимость в пищевом производстве, инновации, улучшение качества продукции — все эти часто произносимые слова останутся словами, если они будут внедряться «сверху», административным путём.

Также нужен совершенно другой подход в институциональном распределении функций и полномочий компетентных органов в этой сфере. Необходимо единое агентство, например, в области пищевой безопасности. В большинстве стран мира эти сферы объединены в единое ведомство, а установление параметров безопасности находится под управлением Министерства здравоохранения. У нас же происходит фрагментация: ведомств много, но нет координации для осуществления единой стратегии, единой политики.

СФС-меры, продовольственная безопасность, сельскохозяйственные субсидии в рамках вступления в ВТО, торговая политика, система семеноводства, вопросы изменения климата или земельной реформы — все эти, на первый взгляд, отдельно взятые вопросы, на самом деле тесно связаны друг с другом, являются звеньями одной цепи. У нас же получается, что чуть ли не каждый из этих вопросов относится к различным «комплексам» в правительстве, под руководством разных людей, мировоззрение, уровень знаний которых в этих областях значительно отличается, что приводит к тому, что нет единого, согласованного подхода — и это тормозит реформы и уже сделанное не приносит желаемого результата.

Изменение климата стало самой тревожной и болезненной реальностью. Ведь в большей степени изменения происходят из-за деятельности человека, в том числе, от неправильных сельскохозяйственных решений и практик. Мы это хорошо знаем, ведь из-за продолжавшейся многие десятилетия монополии хлопка даже исчезло наше Аральское море, оскудели реки, деградировали земли, загрязнились водотоки и подземные воды.

Мы, всё это зная, тем не менее, продолжаем прежнюю политику госзаказа на хлопок и пшеницу. Эту пагубную феодальную практику следовало бы прекратить. Иначе деградация и загрязнение земли и воды, всей окружающей среды, загрязнение самой продукции будут усиливаться. Это в свою очередь приведёт к большему количеству вредных организмов и болезней, от которых снова же придётся защищаться ещё большим количеством пестицидов, — и это просто замкнутый круг. Нужны решительные, конкретные меры, чтобы выйти из него.

Вопрос с кадрами также очень остро стоит. Часто, что называется, перетасовывается «старая колода». Порой без глубокого знания и опыта в новых технологиях и практиках «старый опыт» теряет свою ценность. Важно изучение нового и понимание новых перспектив. Поэтому нужно обучение новых кадров, по новым учебным программам.

Пример трансформации Агентства по защите растений из закрытого провинциального ведомства в национальный орган по защите и карантину растений с современной лабораторией и обновлённым штатом, на мой взгляд, иллюстрирует то, как требования международной торговли заставляют трансформироваться, стимулируют новые научные знания и навыки. Всё это вдохновляет новые кадры на работу в этих учреждениях. В совокупности эти факторы способствуют выходу Узбекистана из изоляции, его интеграции в мировую торговлю, что в свою очередь, способствует росту благосостояния и развитию.

Источник: Gazeta.uz